Как-то я встречала человека. У него был высокий лоб… но его пересекали две глубоких борозды. У него были красивые брови, но… зачем же он хмурился? Я спросила, какого цвета у него глаза, а он не ответил. Я знаю – зеленые. Сними очки, я сказала, я верну тебе взор. Но в ответ стекла грозно сверкнули, обозвав меня лгуньей. Зачем же ты ко мне пришел, раз уста твои немы? И как давно на них не было искренней улыбки? Он молча протянул руку. Я тоже. Но этот жест не был предназначен рукопожатию. Он легко дотронулся до перьев, так, будто его давно мучил вопрос каковы они на ощупь. Ни одна мышца лица не изменила своей вечной статичности. Тут он сказал, что такие существа, как я не тайна, и давно объяснены наукой. Что каждый мой шаг можно объяснить, предугадать… нет – сказать со стопроцентной точностью, как я буду двигаться и что говорить, как буду мыслить. Человек… Он мне сказал, что было и есть много таких же и других, более совершенных. Человек, а знал ли ты, что в далеком-далеком сне не было таких же с серыми крыльями как я? Знал ли, что были белые как у лебедя, а еще белей куриные? И то, что взлетая высоко иль низко, своими крыльями отражали яркий свет, а я – нет? Он начал говорить, что цвет мой можно объяснить генетикой, науками. Он начал говорить, говорить и говорить… Изо рта грозно все длинней и длинней высовывался наружу язык, свернутый во множество извилин в голове. Я испугалась. И быстро-быстро мчалась прочь, спотыкаясь, не озираясь, дальше, дальше, прочь…
Дико. Неуважительно. Но… в таком случае, я просто сошлюсь на цвет своих крыльев!…
Дико. Неуважительно. Но… в таком случае, я просто сошлюсь на цвет своих крыльев!…
Комментариев нет:
Отправить комментарий